воскресенье, 24 мая 2009 г.

Штопор.Глава 19.

Автор 72AG_Martefi.

Начало тут: http://72ag.blogspot.com/2009/04/blog-post_8972.html
Предыдущая часть тут: http://72ag.blogspot.com/2009/05/18.html

На вопросы о том, что я здесь делал и как я сюда попал, я отделался односложными ответами, предоставляя ребятам самим высказывать предположения, и кивая в ответ. Их это вполне устроило, и они просто подкинули меня до дому. Как я любил этот дом! Двухэтажный, старой арабской постройки, поставленный тут, в одном из уютнейших районов Иерусалима, по соседству со старым городом еще до Шестидневной войны. Высокие потолки, толстые стены, никакой стандартизации, никакого выгадывания пощади и объема, которые в современных домах пытаются сократить до клаустрофобного минимума.
Это больше не мой дом. Я не знаю, как туда войти. Я не знаю – зачем. Выходя сегодня через эту дверь, я не собирался проходить ее в обратном направлении. Я стою перед нею, и не понимаю, как мне ее толкнуть, как переступить порог. Раньше эта дверь вела меня в дом, в семью, к жене, к детям. А теперь? Куда теперь она меня приведет? Там, внутри будут те же комнаты, та же мебель, те же белые стены, изрисованные детскими карандашами. Аська и Рутька наверно уже спят. И это хорошо. Как мне теперь с ними обращаться? Женьки больше нет, есть Существо. А значит – нет и меня. Все, что я могу, это делать перед девчонками вид, что их возлюбленный папочка еще здесь. Наверное, я смогу, наверное, они поверят, хотя обмануть детей трудно.



Я уже очень давно ничего не ел, а главное – не пил. Я вдруг ощущаю пересохшую гортань, и перед глазами все начинает плыть, равновесие перестает ощущаться. Так, надо хотя бы присесть. Я сажусь на холодный каменный пол. Обезвоживание? Вроде не лето. Хотя – какая к черту разница! Интересно, а вдруг все это мне только снится? Действительно, все кругом какое-то нереальное. Вдруг эта дверь приведет меня куда-то в прошлое? Или в будущее? Или вообще в какую-нибудь другую жизнь? Туда, где Женька осталась собой, и никакое существо ее себе не подчинило. Или хотя бы в совсем другую жизнь, в другое время, в другое место. Где я буду совсем другим человеком. Пусть там совсем не будет Женьки, я согласен. Я буду помнить ее, такой, какой она была. Она будет для меня извечной прекрасной мечтой, только бы не вспомнить про Существо.
И вдруг все это стало таким реальным, дверь приобрела какую-то невыразимую яркость, она стала пульсировать, как живая. Она притягивала меня к себе, она гипнотизировала меня. Я был совершенно уверен, что если я встану, и возьмусь за ее ручку, такую удобную, обещающую дружескую поддержку и понимание, если я толкну ее, то оттуда брызнет яркий свет и я перейду куда-то… Не знаю куда… Так тяжела моя тоска, так нестерпима моя боль, так велика моя жажда избавиться от них, что они в состоянии в эту минуту преобразовать реальность… В тот момент я точно это знал. Никаких сомнений. И я уже взялся за ручку, и надавил ее, и мир вокруг начал стремительно размываться, и осталось только толкнуть дверь и провалиться внутрь.



Но… Аська и Рутька… Они у меня даже не перед глазами встали, а вдруг как-то ощутились. На детей не столько смотришь, сколько воспринимаешь их кожей, беря в руки, убаюкивая, расчесывая. Контакт с миром у нас в основном зрительный, слух на втором месте. У новорожденного контакт с миром в первую очередь тактильный, и еще долго прикосновение продолжает оставаться для ребенка важнейшим инструментом познания и общения. Да, я увидел их. А еще услышал. Их рев, смех, их детские словечки. А еще почувствовал запахи, а еще ощутил тепло и сердитое вздутие мышц в их руках, сражающихся друг с другом за право обвивать мою шею.
Я… Я не могу… Не могу уйти… от них… Или нет – я не могу уйти без них… Я не могу оставить их в руках у этого Существа. Черт! Но и остаться я не могу! Это будет означать медленное разложение у них на глазах. Гниение заживо. Не хочу! Если бы возможно было взять их с собой! Ужас! Бред какой-то…



Ладно, - я рывком вскочил, - надо попробовать во всем этом разобраться. Уйти я еще успею… Так, входим!


Существо сидит в кресле и читает книжку. Оно глядит на меня спокойно и бесстрастно.
- Есть будешь?


- Да.
Я голоден. Я буду есть, хотя и голод и еда какие-то отравленные. Они не доставят мне удовольствие. Я буду есть и давиться. Об этом говорят «кусок поперек горла встал». Я, правда, предпочел бы сожрать что-нибудь прямо возле холодильника. Сейчас она протянет мне тарелку, таким привычным движением, такой округлый медвежоночий поворот плеча, такой кенгуриный наклон шеи. Все такое знакомое. И при этом все такое отвратительное. Чужое. Мертвое. Как-то очень не хочется. Но устраивать истерики вроде «не из твоих рук!» - наверное глупо.



Заполночь. Пора в постель. Там, правда, Существо устроилось, ну да ладно, как-нибудь. Благо, постель широкая. С Женькой-то мы, бывало, спали вдвоем на одной плацкартной полке в поезде. И не потому что свободных полок не было. Так, возьму-ка я второе одеяло…

Существо спит чутко, совсем как Женька. Почувствовав меня рядом оно, ничуть не смущаясь, преодолевает пуховые преграды, протаскивая Женькино тело под мое одеяло, обвивая его вокруг меня. Б-же! Гадость-то какая! Прямо какой-то этюд в некрофилических тонах. Мне вдруг в ноздри ударил запах склепа, а к горлу подступила тошнота. Я вообще-то ничего не имею против покойников, но вот запах… Я выскакиваю из кровати и бегу в ванную…
Попытка номер два. Опять существо подтягивает ко мне Женькино тело. Опять пытается меня обвить. Я напрягаю все мышцы, создавая во всем теле одеревенение. Существо понемногу отстает. Я медленно отодвигаюсь. Женька бы не за что не позволила мне уснуть вот так. Она бы проснулась, растолкала меня, если надо – то тумаками, как бы я не ругался. И она бы не отпустила меня спать до тех пора, пока не выяснила бы, что со мной, и почему я надулся. Существо легко смиряется с ситуацией, продолжая усердно посапывать, иногда с прихрапом.


Я не могу заснуть. Я вылезаю вновь в ночной холод, я начинаю отжиматься, потом выбираюсь в окно и бегу. Кружочек вокруг квартала, сбивается дыхание, я почти падаю. Теперь душ. Горячей воды сейчас нет, тем лучше. Душ ледяной. Когда я оттуда вышел, была уже очень глубокая ночь.



* * *

Едва нырнув под одеяло, я провалился в сон. И сон немедленно оплел меня журчащими струями бахчисарайского фонтана, а гурии с чувственными, как у Дженифер губами, одетые в полупрозрачные шелка, протягивали мне серебряные подносы с фруктами, умудряясь при этом прижиматься ко мне. Ласково. Требовательно. Настойчиво. Да перестань, задушишь же, чертовка! Вот ведь какая настырная гурия!


Так, а вот это уже не сон!


- Дженифер!!!
- Да, я Дженифер, а Дженифер – это я. Ты ждал кого-то другого?


В ответ я издал глубокий и проникновенный полурык-полустон. Интересно, она вообще соображает, что делает? Соображает. Она прижимается ко мне так, что не остается никаких сомнений в серьезности и основательности ее намерений. А я плыву, как в бреду. Я хочу схватить ее и бесконечно терзать, я сейчас один тугой комок вожделения.
Я отдаю себе команду и нечеловеческим усилием заставляю себя хоть на миг обуздать свой поров, и отодвинуть ее от себя хоть на сантиметр.
- Послушай, мы с тобой не должны... нам нельзя...


- Тсс! – она зажимает мне рот рукой. Как воздушны ее пальцы! Они пахнут сеном.
- Дорогой, не говори ничего, я все знаю. Я знаю, ты благородный человек. Я знаю, что я мерзавка. Я знаю, что ты заботишься обо мне, а я... А еще я знаю, как бывает мужчинам на войне. Я знаю, чего вы все хотите. Я вижу как вы смотрите на нас. И я ощущаю твое тело. Не только сейчас, когда я в тебя вцепилась. Даже когда ты сидишь рядом. Даже когда ты в соседней комнате. Я знаю, чего хочет это тело, - она пробежалась по мне ладошкой от плеча до бедраю


- Пожалуйста, позволь ему взять то, чего оно хочет. Не думай о себе, не думай о том, что будет хорошо для меня. Сделай так, как хочет твое тело. Мне это необходимо, понимаешь? Я умру без этого. Я не знаю, может я уже умерла. Оживи меня, возьми меня. Будь нежен, будь осторожен, или будь груб и пусть мне будет больно. Я не знаю, что сейчас для меня лучше. Не надо думать о том, что со мной будет. Меня нет больше... Я хочу быть. Хоть чем-то, хоть для кого-то... Пусть я буду твоей вещью, подстилкой, кем-угодно... Посмотри на меня, меня же всегда считали красивой... Возьми меня, утоли мной свой голод... Я хочу почувствовать... что я живая.... Пожалуйста... Пожалуйста...



Читать далее http://72ag.blogspot.com/2009/05/20.html

.

Еще статьи на эту тему:



Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...